Кость бледная  - Рональд Малфи

– Свет не работает, – ответила она.

– Электричества нет, – произнес Майк МакХейл, подходя к ней, луч его фонарика скользнул по ковру, почерневшему от грязных отпечатков ботинок. – Воняет здесь дерьмово.

– Что-то не так с окнами, – сказала ему Райерсон.

Света от ее фонарика не хватало, чтобы пробить тьму комнаты. МакХейл поднял свой и направил луч на одно из окон. Стекло было окрашено в черный цвет.

– Господи Всемогущий, – пробормотал под нос МакХейл.

Темная краска покрывала не только окна, но и по всем стенам ею было нанесено что-то вроде граффити – полосы коричневато-красного цвета, складывающиеся… нет, не в слова, а в символы, иероглифы. Стены дома Мэллори, от пола до потолка обшитые деревянными панелями, были изрисованы этими странными знаками, один загадочнее другого.

– Выглядит, как кровь, – приблизившись, сказала Райерсон, она сфокусировала луч на одном из символов, очень похожем на египетский глаз Гора, только тут у «глаза» был вертикальный кошачий зрачок. – Очень старая засохшая кровь.

– Тогда она тут довольно давно, – МакХейл поводил лучом фонарика по пыльному ковру на полу. – Местечко-то заброшенное.

Двое патрульных принесли портативные галогенные лампы. Мгновение спустя гостиная наполнилась ярким слепящим светом. Тени наклонились, даже показалось, что стены и мебель раздвинулись.

Райерсон подошла к ближайшему окну. Оно и в самом деле было закрашено черной краской. Едва заметные блики дневного света пробивались сквозь крошечные трещинки там, где краска откололась или осыпалась. Детектив, зажав фонарик между зубами, протянула руку и поскребла стекло ногтем, расширяя один из таких маленьких просветов. По другую сторону стекла мелькнула фигура. Райерсон отпрянула. Она подбежала к приоткрытой кем-то двери черного хода, покрытой грязными отпечатками рук, выскочила на короткую бетонную лестницу и заглянула за угол. Но за исключением двух полицейских, дежуривших позади дома, там никого не было.

– Кажется, я кого-то видела, – объяснила она полицейским.

Те бросили на нее беглый взгляд. Один – Алекс Уинсом, прибывший из анкориджского отдела по расследованию тяжких преступлений, чтобы принять участие в этой заварухе, – пожал плечами и отвернулся. Другой, молодой парень по имени Эмери Олсен, который пришел в ее подразделение чуть больше года назад, был одним из тех, кого она в прошлом году отправляла в Дредс Хэнд искать пропавшего без вести мужчину. Именно они с напарником обнаружили брошенный автомобиль.

Стоявший внизу возле деревьев Олсен снова посмотрел на нее, словно почувствовав, что Райерсон думала о нем. Почему-то ей померещилось, что во взгляде молодого полицейского мелькнуло презрение. Или, возможно, тревога.

«Наверное, я просто неважно себя чувствую, может, я тоже что-то подхватила, к тому же холодно, – подумала она, глядя мимо Олсена в глубину леса, туда, где тонкий, перевитый дождем туман висел между деревьями полупрозрачной занавесью. – Наверное, тоже заболеваю гриппом». Но на самом деле она вовсе не считала, что дело в гриппе. Возможно, всему причиной дом. Что-то не так было с домом.

* * *

Предчувствие подтвердилось, когда они обнаружили подвал.

– Джилл, – позвал ее капитан Эрикссон. – Думаю, тебе стоит взглянуть на это.

Сначала никто и заподозрить не мог, что в старой ветхой хибаре окажется подпол – земля тут была слишком каменистой, да и дом Мэллори выглядел так, словно его построили случайные работяги пару десятилетий назад, но затем кто-то заметил нечто вроде люка между половицами коридора, который вел в задние комнаты. Из машины принесли лом и люк открыли. Оттуда доносился ужасный запах: влажная, тяжелая, приторная вонь, которая, очевидно, и отравляла воздух в доме, и все, кто сгрудился вокруг отверстия, отшатнулись прочь.

– Нам понадобятся противогазы, – сказал МакХейл, и Райерсон не смогла определить, шутит он или нет.

Она прошла сквозь толпу мужчин, которые стояли вокруг люка, вглядываясь в темноту. Деревянная лестница спускалась под землю.

– Кто-нибудь, дайте мне фонарь, – произнесла Джилл, протягивая руку.

Один из полицейских вложил в ее ладонь холодный металлический цилиндр.

– Я тебя прикрою, – сказал МакХейл.

– Просто проследи, чтобы я не упала и не сломала шею.

Когда она начала спускаться по короткой деревянной лестнице, ей пришло в голову, что это место могло быть заминировано. Джилл слышала мрачные истории о полицейских, случайно наткнувшихся на дом ужасов, где в выключателях была заложена взрывчатка, а ковры закрывали зияющие провалы в половицах. Кто знает, не вступит ли она в лужу с проводом под напряжением, едва коснувшись земли… Но внизу оказалась лишь грязь.

– Тут запах хуже, – сообщила она МакХейлу, зажимая ладонью нос и рот.

Резкая, едкая вонь разложения, которой пропитался воздух наверху, здесь была куда сильнее. От нее слезились глаза. Райерсон быстро пробежала лучом фонаря по помещению, которое оказалось совсем не подвалом, а какой-то грязной ямой под домом. Мертвенно бледные спирали корней пробивались сквозь земляные стены, а тонкие корешки – настолько тонкие, что казались волосами – клочками прорастали отовсюду.

Джилл подняла глаза и увидела над головой половицы коридора – так низко, что пришлось пригнуться, хотя в ней было всего пять футов и три дюйма.

– Господи, – пробормотала она.

Это была нора скопидома – хранилище грязных вещей, нагроможденных вдоль земляных стен, так что единственное свободное пространство имелось лишь в центре крошечной подземной комнатки. Проводя светом фонарика по вещам, она заметила старую фермерскую куртку в пятнах плесени, пару кожаных рабочих сапог, рюкзаки, кишащие огромными черными жуками, и другие вещи.

– Какой-то склад? – предположил МакХейл.

Его голос звучал приглушенно – он прикрывал ладонью рот. Он почти наваливался на спину Райерсон, настолько тесно было в подвале.

– В некотором смысле, – ответила та, задержав луч фонарика на одном предмете – большой пыльной сумке с тусклой металлической пряжкой и ремешком, похожим на кожаный. – Это женская сумочка.

– Ох. Ох, черт возьми, Джилл.

– Да.

Она повела лучом от сумочки вдоль остальных вещей – одежда, еще одежда, обувь, отсыревшие туристические рюкзаки – и остановилась, когда высветила старый пароходный кофр. Он был прижат к стене из шлакоблоков, на которой были намалеваны кровавые кресты, они тянулись почти прямой линией и чернели в свете фонаря.

Кофр, покрытый пылью, казался очень древним, большие латунные застежки окислились и позеленели. Он был массивнее, чем обычные пароходные сундуки, и отчего-то это беспокоило Райерсон. Земля вокруг поросла большими белыми грибами. Один из тех странных символов со стен наверху – глаз с вертикальным зрачком – был нарисован на крышке, хотя Джил заметила его, только когда подошла и сдула толстый слой пыли.